Вечность13 мин

06

Время

Её рейс улетал в понедельник в 6:40, и в аэропорт они приехали без десяти пять, по тёмному шоссе, мимо спящих гипермаркетов и подсвеченных рекламных щитов, обещавших ипотеку под шесть процентов и вечную молодость кожи, на такси эконом-класса с иконкой Николая Чудотворца на торпеде и освежителем воздуха в форме ёлочки, который назывался «Морской бриз» и пах, как пахнет море в представлении химика, никогда его не видевшего. Водитель всю дорогу молчал и только на въезде в аэропорт сказал, ни к кому не обращаясь: «Все куда-то летят», и они так и не поняли, осуждает он это или завидует.

Табло вылетов в терминале горело жёлтым, кофейня у регистрации уже открылась, и в ней сидели те, кто в пять утра пьёт капучино на овсяном молоке за четыреста девяносто рублей: айтишники с рюкзаками, у которых на крышке ноутбука наклейка с котом, вахтовики в одинаковых флисках, пахнущие вчерашним поездом, и одна пожилая дама в шляпе с вуалеткой, летевшая, судя по всему, туда же, куда и она, и на ту же пересадку, с коробкой с тортом на коленях, которую она обнимала так бережно, словно везла в ней чью-то душу.

До паспортного контроля оставалось сорок минут. Он пересчитывал их по телефону каждые пять минут, и каждый раз их выходило меньше.


В октябре 1971 года американские физики Джозеф Хафеле и Ричард Китинг купили на обычные пассажирские рейсы билеты для четырёх цезиевых атомных часов, каждые размером с хороший чемодан, на имя «мистер Часы», и облетели с ними вокруг Земли дважды, сначала на восток, потом на запад, пересаживаясь в аэропортах, где носильщики, наверное, косились на пассажира, который ни разу не встал со своего кресла. Не знаю, предлагали ли стюардессы мистеру Часы напитки, но я на их месте предложил бы. Когда часы вернулись в Вашингтон и их сравнили с такими же, оставшимися на земле в Военно-морской обсерватории, оказалось, что часы, летавшие на восток, отстали на пятьдесят девять миллиардных секунды, а летавшие на запад ушли вперёд на двести семьдесят три. Обе цифры совпали с тем, что предсказывал Эйнштейн: время течёт по-разному в зависимости от того, как быстро ты движешься и как глубоко сидишь в поле тяготения, и у того, кто летит, и у того, кто остаётся, оно разное, хотя оба уверены, что живут в одном и том же сегодня.

С тех пор это перестало быть экзотикой и стало инженерной рутиной. Часы на спутниках GPS уходят вперёд на тридцать восемь миллионных секунды в сутки по сравнению с земными, и если бы их не поправляли, синяя точка в любом телефоне за день уползала бы на десяток километров, уводя доверчивых пешеходов в реки и болота. У каждого из вас, у кого в кармане телефон, время своё, и разница между вами измеряется в наносекундах, которые никто не замечает, кроме спутника и меня.

У неё, улетавшей на восток, время должно было немного отстать. У него, оставшегося на земле, немного уйти вперёд. На наносекунды, но всё-таки, и я знал об этом заранее и ничего не мог с этим сделать.

После покупки

Эта глава входит в полную версию

Первые главы открыты бесплатно. Полная книга доступна после покупки и остаётся в вашей библиотеке.

· · Уже купили? Войдите

Письмо о новых главах и опытах

Не чаще раза в неделю. Без регистрации, отписка в одно нажатие.